ЦТО «Альфа-Сервис-ККМ» AЛЬФА-СЕРВИС-ККМ
+7 (499) 155-79-51
+7 (499) 155-76-24
г. Москва, 50 метров от метро Сокол
Ленинградский проспект, д. 74, корп. 2
info@alfakkm.ru

Онлайн-кассы. Революция в применении кассовой техники. Фрагмент 4.

07.08.2017

На сайте публикуется фрагмент из книги.
Саму книгу можно купить у нас в офисе. Подробнее.


Малый бизнес-2017.

(Быть или не быть? Вот в чем вопрос).

О проблемах развития малого бизнеса в России не говорил, пожалуй, только ленивый. Так, если в развитых странах он, без преувеличения, является опорой экономики, то у нас ему уделяется мало внимания. Например, в США, Японии и ЕС вклад малого предпринимательства в ВВП составляет свыше 50%. При этом в Штатах малые предприятия обеспечивают более 30% экспорта. И, что еще более важно, именно этот бизнес создает около 25% патентов. У нас цифры скромнее – примерно 20% ВВП, около 5% экспорта, а в производстве патентов доля и вовсе незначительна.

Не зря опытный экономист Алексей Кудрин отмечает: «Для преодоления негативных тенденций Президенту придется предпринимать «серьезные и неординарные шаги». Экономическим реформам, по его словам, должны сопутствовать политические, поскольку базисное недоверие к основным институтам власти не позволит осуществить необходимый для устойчивого роста прорыв.

Сколько людей занято у нас в малом бизнесе? Количество работников малых предприятий – 10,8 млн человек. Государство время от времени вспоминает о необходимости развивать малый бизнес и предпринимает меры, направленные на его поддержку. Среди широко освещаемых инициатив – налоговые каникулы, трехлетний мораторий на плановые проверки, заморозка роста налога в 2015-2018 годах. Однако при ближайшем рассмотрении становится не очень понятно, как эти инициативы помогут достичь заявленных целей.

Налоговые каникулы, т.е. освобождение от уплаты налогов в первые два года существования, касаются лишь ограниченного круга индивидуальных предпринимателей (ИП). Скорее всего, эта инициатива призвана «обелить» самозанятых граждан – целую армию парикмахеров, репетиторов, ремонтников, производителей различных товаров и т.п. Однако зачем нелегальному предпринимателю легализоваться? Что это принесет кроме издержек, проверок, необходимости составления отчетности? Такой бизнес, в общем, и бизнесом назвать нельзя – это скорее некий заработок, необходимый для выживания. Эти люди не ставят себе целей развития, увеличения капитализации, выхода на новые рынки и т.д. Соответственно, для легализации нужно придумать что-то другое. Понятно, что их расходы в любом случае вырастут. Что они получат взамен?

А ведь еще есть определенная рассогласованность, противоречивость действий – к примеру, повышение социальных взносов с ИП, вызвавшее в 2013-м году прекращение легальной деятельности около полумиллиона предпринимателей (мы не знаем, сколько из них и вправду перестали работать, а сколько по-тихому продолжили работу уже без статуса ИП), увеличило недоверие к государству. Такая разнонаправленность сигналов предпринимательскому сообществу затрудняет решение очень сложного вопроса легализации самозанятых граждан.

Минэкономики подвело итоги своей работы по поддержке малого и среднего предпринимательства (МСП) в 2016 году. Пройдя формальный этап написания стратегических документов, чиновники перешли к проектному принципу работы – и теперь в условиях сокращения на 60% бюджета базовых госпрограмм по МСП делают акцент на эффективности сервисных услуг, оказываемых через уже созданную инфраструктуру помощи бизнесу. Новое в повестке 2017 года – внедрение целевой модели, которая должна унифицировать работу регионов по поддержке МСП.

На конференции «Развитие МСП: переход к новому качеству» Минэкономики в лице замминистра Олега Фомичева подводило итоги работы в 2016 году в части поддержки предпринимательства в России. По словам замминистра, поддержка МСП «эволюционирует» - министерство делает акцент на оказание услуг бизнесу.

Директор департамента развития МСП ведомства Максим Паршин, зачитавший основной доклад, начал с цифр: в России 5,84 млн. субъектов МСП (на начало ведения реестра МСП, заработавшего в августе этого года, было 5,52 млн.), 95% из которых – это микробизнес с численностью меньше 15 человек. В секторе трудятся 18 млн. человек (25% всех занятых). Если в 2013-2014 годах наблюдалось падение числа предприятий, то с 2015 года оно растет – во втором полугодии 2016-го зафиксирован рост на 5,8%. Отметим, впрочем, что этот рост можно объяснить тем, что в этом году был вдвое увеличен порог отнесения к субъектам МСП.

Государственных денег на этот сектор, впрочем, расходуется все меньше: в 2017 году бюджет соответствующей госпрограммы урезан с нынешних 12 млрд. рублей до 7,5 млрд. рублей. Большая часть денег (5,5 млрд. рублей) уйдет на поддержку предпринимателей и инфраструктуры МСП. Еще 1,6 млрд. рублей направят на завершение капстроительства объектов инфраструктуры, 230 млн. руб. – на поддержку молодежного предпринимательства, 100 млн. руб. – на проект «МФЦ для бизнеса». При этом из-за отсутствия средств некогда разрекламированный проект с МФЦ федеральные власти вынуждены сворачивать и отдавать на откуп регионам – «единые окна» предполагается открывать в Центрах поддержки предпринимательства на базе госбанков.

Минэкономики довольно тем, что в 2016 году удалось убрать некоторые барьеры для предпринимателей: упростить кадровое делопроизводство для микропредприятий, ввести систему предупреждений вместо штрафов и мораторий на плановые проверки. Из успехов в части налогообложения – продление единого налога на вмененный доход до 2021 года, «заморозка» коэффициента-дефлятора на уровне 2015 года и налоговые каникулы (воспользовались ими, впрочем, только 10 тыс. предприятий).

О неудачах на пути поддержки МСП чиновники предпочли не говорить. Отметим, что Минэкономики в этом году не удалось решить вопрос с самозанятыми. Налоговые каникулы введены лишь для репетиторов, нянь и домработниц. Статус самозанятых все еще не определен. Подвис и вопрос о введении патента для них при регистрации в качестве индивидуальных предпринимателей. Также министерству не удалось согласовать законопроект о социальном предпринимательстве.

Новое в планах Минэкономики на 2017 год – внедрение в регионах целевой модели «Поддержка в субъектах РФ», которая должна унифицировать их работу по поддержке МСП. Сама модель должна быть утверждена правительством до 1 февраля, регионы до 1 марта 2017 года должны были утвердить «дорожные карты» по ее внедрению, а до конца года – реализовать ее.

Можно констатировать, что, несмотря на все усилия, помощь государства малому бизнесу явно недостаточна, а проблемы, характерные для МСБ, по сути, за тридцать лет остались теми же. И это неудивительно при подходе к решению любых проблем методом «дать им денег». Государство не должно и не может раздавать деньги всем подряд. Главная задача государства, по мнению экспертов, - устранить те самые причины, которые мешают развитию.

Наиболее важный вопрос – это вопрос доверия. Действия государства никогда не должны расходиться с программами и заявлениями. Любые начинания должны сначала быть исследованы с точки зрения их воздействия на предпринимательскую среду в целом.

Далее – защита прав предпринимателей, невозможность внесудебного изъятия собственности.

Следующий шаг – ослабление административно-налоговой удавки, прекращение порочной практики определения рентабельности бизнеса исходя из потребностей государства по сбору налогов.

Затем - развитие конкуренции. Для легализации теневого малого бизнеса нужно не запугивание, а реальное мотивирование, причем не кратковременными льготами, а вполне реальными преимуществами легального существования.

Все эти меры потребуют и времени, и значительных расходов, и скоординированных усилий различных ведомств. Результат таких мер не может быть получен незамедлительно. Другого пути нет. Малый бизнес в России должен стать опорой и локомотивом экономики. За тридцать лет своего существования он даже в неблагоприятных условиях продолжает жить. И только представьте себе, чего можно добиться, если перестать сдерживать его потенциал, создать, наконец, в России среду, когда предпринимательство будет развиваться не вопреки, а благодаря? Кстати, многие из этих вопросов нашли свое отражение в Стратегии развития малого и среднего бизнеса. И это уже отрадно, поскольку увидеть, понять проблему – главное на пути ее решения.

А как же себя ведет бизнес в этих условиях? Автор бестселлера «Как все испортить и разорить бизнес» Святослав Бирюлин уверен, что нынешний кризис уже отучил наших предпринимателей транжирить деньги.

Тучные, «нажористые» годы остались в прошлом. Тогда становилось все больше тех, кто лениво решал, покупать ли в дом третий телевизор и куда поехать, если Турция и Египет уже надоели. Теперь же все больше тех, кто мнется у витрин, подсчитывая, хватит ли денег в кошельке на привычный набор продуктов. Бизнесу тем более тоже нелегко! Мы же у него покупаем меньше. И компании выкручиваются как могут: одни снижают свою наценку до минимума, другие дарят каких-нибудь прилипал в нагрузку к продуктам, придумывают акции и купоны. А дальше что?

Вывод следующий: халява кончилась, начинаем жить по средствам! Что это значит конкретно? Действительно, современный российский бизнес сформировался в эпоху роста. Рост продаж в 30% ежегодно считался нормой. Любые ошибки покрывались сверхприбылью. К серьезному спаду многие оказались не готовы.

Реакция на кризис была привычная: чуть сократили расходы и персонал. При этом все ждали, что вот-вот кризис закончится. Не получилось. Но и при спаде можно работать. Пример Японии: десятилетиями страна живет в условиях экономической стагнации. Тамошние предприятия адаптировались и научились жить в жесткой среде.

Если задать вопрос, что будет дальше: откат к 1990-м или что-то новое, то ответ аналитиков следующий: коммерсанты делятся на две группы – на тех, кто понял, что надо развиваться и выживать, и на тех, кто этого не осознает. Вторая группа, скорее всего, в течение нескольких лет закроется. Начнется расчистка рынка.

В итоге экономисты прогнозируют: существенного роста в ближайшие два-три года не предвидится. Остается небольшой процент людей, который до сих пор рассчитывает на помощь извне. Что Президент или премьер примут важные решения. Или что приход к власти в США Дональда Трампа подействует. Или санкции снимут. Такая позиция, на наш взгляд, неправильная. И в жизни, и в бизнесе нужно рассчитывать на себя. Пора учиться зарабатывать в этих условиях - большими усилиями, но все же расти. Ведь есть же те, кто развивается в сложных условиях. Задача – стать одним из них: как в бизнесе, так и в наемной должности.

Конечно, все это возникает вследствие специфики и нюансов экономической и политической жизни страны в целом. Действительно, рассмотрим такой пример, что если на Западе чиновник оскандалится, то он сразу подает в отставку, хотя его никто не вынуждает этого делать. У нас же зарвавшихся просто переводят на другую, как правило, более высокую должность. Почему так происходит?

Тему особенностей этикета и нравственных качеств российской власти и чиновников раскрыл автор первого в стране учебника «Нравственные основы государственной власти», доктор философских наук, профессор Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ Владимир Соколов: «У нас действительно не принято каяться перед обществом. Наверное, проштрафившиеся слуги народа следуют принципу: признание хуже всякого свидетельства, поэтому предпочитают во избежание худшего наказания просто отмалчиваться. В развитых же странах общество никогда не потерпит молчания: если объект критики не приводит веских доводов в свое оправдание — значит, виновен и недостоин занимать высокую должность. Этический кодекс госслужащего шесть раз вносили в Госдуму, чтобы принять в виде общего закона, и столько же раз выносили оттуда... В Европе, где я в ряде случаев приглашался консультантом при создании аналогичного закона, такой кодекс был принят в 2000 году. Сегодня все страны Европы имеют национальные кодексы нравственного поведения госслужащих, кроме нашей». Первый пункт в нем связан с лояльностью. То есть госчиновник не может, находясь на госслужбе, публично критиковать государство, его решения и действия. Кодекс зарубили из-за других его пунктов, в частности, из-за пункта про критику. Там говорилось, что госслужащий — от учителя до министра — обязан реагировать на публичную критику, обвинение его в аморальности, коррупции, кумовстве. Прозвучавшие в газете или по ТВ обвинения он должен расценивать как обвинение, высказанное ему народом, и не имеет права оставлять это без внимания. У нас, к сожалению, сплошь и рядом: даже если СМИ пишут о безнравственных проступках какого-либо губернатора или мэра, он никак не реагирует на это. А все потому, что этический кодекс не принят как закон.

«Надо сказать правду, в России в наше время очень редко можно встретить довольного человека… Кого ни послушаешь, все на что-то негодуют, жалуются, вопиют… Даже расхитители казенного имущества – и те недовольны, что скоро нечего расхищать будет. И всякий требует для себя конституции…». Вряд ли написавший эти слова Салтыков-Щедрин мог предвидеть, что именно таково будет состояние многих умов в нынешней России.


Возврат к списку

АСЦ «Альфа-Сервис-ККМ» © 2004-2017 г.
Телефон(ы): +7 (499) 155-79-51, +7 (499) 155-76-24

Продажа онлайн ККТ
Регистрация, Сервисная поддержка, ЭЦП, ОФД

Рейтинг@Mail.ru